Брестская Ш.

10 ноября у нас были настоящие исландцы! Коллектив существует уже больше 20 лет, и концерт для них - в удовольствие. Добрые дяденьки медленно похаживали по площадке, выходя из тени большой сцены к своей партии, улыбались, общались с публикой (на английском, у некоторых из них прелестный исландский выговор, такой, с рычащим долгим “р”). Правда, после концерта не осталось ощущения, что группа-то приехала вон как издалека, да и типичная исландская внешность разве что у барабанщика. Зато остались прозрачность сознания и умиротворённое спокойствие. Пару раз, стоя у сцены с фотоаппаратом, я обнаруживала, что заслушалась и забыла снимать)

Написать об этом событии меня сподвигло то, что Сегодняночью будут выступать в Минске снова, спустя всего полгода. Это напомнило бы пиар-ход, как в случае с частыми приездами (здесь, скорее, нужно говорить “привозами”, если вы хоть малость смыслите в концертной деятельности) модных групп эмо-направлений, если бы Никита Козлов стал орать на сцене о боли, одиночестве и непонимании. Но если в его текстах можно найти оттенок одиночества, то это будет связано с любовью, нежели с отчуждением.

Пожалуй, сейчас рассказать о концерте цельно сложно. Проще - в субъективных фактах:

1. Первый, обнажающий мнение автора факт: в клубе создалась атмосфера дружеской вечеринки, что казалось нереальным, зная группу по клипам, где Никита, ведя себя, как уставший от жизни франт, всем своим видом показывает пофигистическое отношение к происходящему. Конечно, особой общительностью с минской публикой группа не блистала, но пафосным это событие назвать нельзя.

2. Сцена находилась в 20 сантиметрах от пола. Ощущение влияния каждого на происходящее не покидало публику.

3.  Она же, публика, не вызывала отрицательных эмоций. Будто все пришли на корпоратив: вечерние платья, коктейли, манерные парочки, лёгкое покачивание в ритм музыке..

4. И курящий одну за другой Никита Козлов.

Остальное в фото..

Дальше »

«Здесь стало ещё тише, - сказал Дельфин о Минске за 4 часа до концерта. – Я не ощутил движения». Тем не менее, билеты раскуплены, более тысячи человек в клубе и отвратительная давка у сцены. Люди, пришедшие в этот вечер в West World Club – вполне собирательный образ минской молодёжи. На Дельфина ходят все: от посетителей «Bronx» до «пацанов с района».

«Пацаны» надрывают голосовые связки так, что не всегда слышен артист, просят спеть «Я буду жить» и слэмятся, не обращая внимания на то, что кто-то хочет посмотреть и послушать, не более. «Не любишь толпу – иди на балет!» - девиз вечера.

Одни этично пробирались и не доходили до сцены, другие озверев от духоты и тесноты лезли напролом, не обращая внимания на нецензурную брань в свой адрес. Фотографы мерялись объективами с целью заполучить место где-нибудь поближе к музыкантам. Весомая часть публики наблюдала за происходящим на расстоянии, от греха подальше, попивая Tuborg .

Сложно представить, что  два человека на сцене способны выдавать столько  драйва. Это как раз тот редкий случай, когда лидерства на время выступления попросту нет. Павел Дадонов и Андрей Лысиков именно вместе, без перетягивания софитов в свою сторону.
Дадонов разложил на сцене свой «инструментарий», больше напоминающий пульт управления космическим полётом, чем гитарные педали, Лысиков окружил себя тарелками Roland и игрался в робота.

Новая программа состояла на 70 процентов из материала «Тканей» и «Звезды». Из более ранних треков были сыграны разве что «Ольга» да зомбически повторяемые всеми «Любовь» и «Дверь». Такое количество старых треков компенсировалось новым звучанием, звучанием «Юности». Ни одна композиция не была сыграна в соответствии с записью на диске. Итог – абсолютно цельная программа. Дельфин молотит со всей  мочи по барабанам, ломает палочки, которые секьюрити в удобный момент молча отбирают у зрителей, гитарист целеустремлённо вырывает струны у всех привезенных с собой гитар по очереди и сидя на коленках, усердно крутит колышки, регулируя эффекты. Минималистичный видеоряд (созданный, кстати, ещё для «Звезды») оживляется за счёт текстов и музыки, создаваемой с помощью электронных барабанов. Весь этот живой поток падает на стоящих ниже наподобие сыплющегося сахарного песка, только очень громко. На праздник не похоже.  Но все, скорее, счастливы.